Наше Поколение

Lock Литературно-художественный журнал
Вы сейчас находитесь в: Наше Поколение » Материалы за Январь 2010 года

Александра Юнко – мадам «обпоэтилась»!

Георгий КаюровАлександра Юнко – мадам «обпоэтилась»!

Грязными статьями от газеты «Независимая Молдова», как выяснилось никого не удивишь, но вот, наконец-то, Александра Юнко разродилась хвалебной статьей на страницах некогда уважаемой газеты. И как вы думаете, кто удостоен похвал «мэтра»? Угадайте с одного раза. Конечно, сама Юнко и стала тем автором кого похвалила сама же Юнко. См. статью «Бедняга Купидон», в пятничном номере «Независимой Молдовы» 15 января 2010 №4. О чем статья? Юнко грамотно обыграла сцену, как опытный литератор Ион Павельчук пришел к малоопытной переводчице Юнко, и прямо навязал переводить на русский язык стихотворение Эминеску. Затем, Юнко продолжительно описывает как она, трепеща перед авторитетом писателя Павельчука, беспрекословно приняла «домашнее задание». При этом не заметила, как перешла к фамильярному обращению к мэтру. Хотя в преамбуле к статье, Юнко еще выдержала уважительную форму и сказала о писателе по имени и фамилии – Ион Павельчук. После же, во всей статье только и читаешь фамильярное – Павельчук. Ну, не заслужил он от Юнко другой формы обращения. Вся статья высосана из пальца и повествует о том, как тяжело давался Юнко перевод стихотворения Эминеску. Павельчук дал малоопытной переводчице Юнко и подстрочник, и перевод Эммы Александровой, и даже показал личную книгу самой Юнко. Когда бы еще Юнко напомнила о том, что она когда-то писала стихи? Но о стихах Юнко мы еще поговорим. И вот, в результате, Юнко мучалась несколько месяцев и что-то «родила». Читая, я все гадал, для чего это все городить? Павельчука «похлопала по плечу», ладно. О своей книжке напомнила, и это ладно. Может статья о том, что стихи это не ее. Вот думаю расскажет, как она тяжко работала и поняла, что стихи это не ее, но она жизнь прожила и не поняла, а за одну статью точно не поймет. Секрет крылся в последнем абзаце. Предварив его словами: «И снова я впряглась в эту лямку, на этот раз – добровольно». Бедная литература, вот так впряжется случайный прохожий, а беда всем. И на закуску читателям – себе пьедестал! Читаем Юнко: «И вот что самое любопытное: Павельчук, впервые увидев незнакомого человека, (это ее – малоопытную переводчицу Юнко) абсолютно точно определил, что для меня «вкусней» всего не лирические или социальные стихи Эминеску, а его иронические, сдобренные легким юмором или горьким сарказмом строки. Как ему это удалось? Просто мистика какая-то?» Если бы Юнко уважала мэтра и сама понимала бы хоть что-то в искусстве словотворчества, то не удивлялась бы тому, что опытному профессионалу-литератору не составит труда рассмотреть те или иные способности в молодом авторе. Кстати, по первым стихотворениям молодого автора можно, довольно-таки точно предсказать его творческие перспективы. По тому, как Юнко мучалась с переводом, а Ион Павленчук больше не обращался к Юнко, тоже можно сделать вывод к какому выводу пришел мэтр о способностях малоопытной переводчицы Юнко.
Но пафос статьи в собственном памятнике! Пушкин со своим: «Я памятник воздвиг нерукотворный…» просто отдыхает! Юнко рукотворит себе памятник прямо со страниц газеты «Независимая Молдова»! Бедный Эминеску! Для него и слова хорошего не нашлось у мадам Юнко!
Но что же со стихами Юнко? Вообще, есть общая оценка творческих возможностей поколения Юнко – « когда-то у них были неплохие стихи» или «у них можно найти неплохие строчки». Представляете такую оценку Лермонтову, Некрасову, Апухтину? Стихотворений Юнко в открытой продаже не найти. В подпольных развалах, тоже стихи Юнко не нарасхват. Их там просто нет. Известно творчество Юнко только очень узкому кругу знакомых Юнко. Молодежь стихи Юнко наизусть не читает. Поэтому я сошлюсь на те стихи, которые удалось найти. Альманах «Литературный диалог» №4 2007 год. В этом альманахе Юнко «заявляется» пятью стихотворениями. «Гений» Юнко не может обойти тему Великой отечественной войны. Как же!? Стихотворение «Обреченный отряд», читаем:

«Гимнастерки истлели дотла
И белеются старые кости.
Не кончается, длится война
На трагическом этом погосте».

Для выпускницы филфака госуниверситета попасться на глаголе «белеются» просто непростительно. Получается, что кости сами собой выбеляются. Белое прет у них изнутри. Белеются – глагол возвратного действия. Когда Юнко поднимает голос на Марка Сапожникова юродствуя по-поводу его простых, ученических комментариев стихов Бахрушиной, то хочется сказать Юнко, ваше, мадам, творчество тоже не нуждается в глубоких знаниях для комментариев. Достаточно вспомнить из школьной программы: Белеет парус одинокий! Мадам! Ваша безграмотность умиляет! Но пойдем дальше. Итак, «…И белеются старые кости.» Юнко выступает судмедэкспертом и определяет, что боец, кости которого нашли во время раскопок, был старым человеком. Кощунственно, мадам. Вся история Великой отечественной войны говорит, что миллионами гибли молодые ребята – 17-20-25 лет. Поэт должен знать предмет о котором пишет. Недопустимая безответственность и скудные знания. Мадам, объясняю: возраст костей определяется возрастом человека, и никакие – я имела ввиду, не проходят. Пусть кости лежат в земле хоть миллион лет, но будут возрастом человека на момент кончины! Ваша безграмотность, мадам, умиляет! Но Юнко ничто не останавливает, она гонится за пафосом стихотворения. Автора прет! И мы читаем в следующем столбце:

«И стоит обреченный отряд,
Не нарушив присягу ни разу.
Ведь приказ не дошел до ребят,
А нельзя отступать без приказа.»

Вот и приехали. Мадам, присягу больше одного раза нарушить невозможно! Нарушил присягу и уже следующее мгновение ты не солдат, ты – предатель! Можешь делать что угодно. Название стихотворению не «Обреченный отряд», а «Обреченный автор».

Следующее стихотворение: «Песок»

После неплохих первых пяти строчек, Юнко не выдерживает и выдает:

«И что вспоминает еще человек,
А что ему вечное снится,
Когда ни ресниц не осталось, ни век…»

и так далее. Первые две строчки по смыслу разбегаются в разные стороны. А должны дополнять друг друга, вплетаться друг в друга. Это характерная расхлябанность для молодых авторов. Эмоции прут, строчат, как чувствуют и говорят. Проще говоря – поэтическая безграмотность. Но если молодым – простительно, то, мадам, для вас… уж увольте!
Но пойдем дальше. Наша мадам, поэт всеобъемлющий – от гинекологии до металлургии! Не обошла она стороной и Иегову! Стихотворение «Пустыми окнами». Чтобы понять всю безграмотность автора, сначала небольшое напоминание о Иегове. Иегова – это отец Иисуса Христа. В религиозном учении Иегова над всем – он Бог! Без эмоций, без рукоплесканий, без скорби. Он выше всех и знает все наперед. Иисуса Христа он отдает людям без эмоций, не испытывая никаких страданий, поскольку знает, что выполнив свою миссию Иисус вернется обратно, к нему в Царствие небесное. Более того, Иегова знает на какой путь испытаний отправляет Иисуса. Само религиозное учение учит (извините за каламбур) воспринимать судьбу покорно, без эмоций. Когда знаешь религиозное учение, или хотя бы знаком с ним, то язык не поворачивается наделять кого либо шутовскими эмоциями. Но, это же для верующего человека недопустимо и для меня атеиста, которого Юнко видела якобы даже крестившимся! Но для самообразованки Юнко все нипочем! Читаем: (четыре столбца не привожу, поскольку автором надувается пафос за счет словоблудия сравнивающего руины синагоги с плотью, и убеждая нас в том, что между юным Иисусом и отцом Иеговой была полемика в которой Иисус оспорил отца и в чем-то безупречно выдержал экзамен, а вот как заканчивает – это интересно)

«Из уст скорбящих не дождешься слова.
В пространстве и во времени один,
Над райским садом плачет Иегова,
Чей дом разрушен и потерян сын».

Во-первых, не один в пространстве, есть отец Иегова, который не очень-то озабочен судьбой сына, поскольку Бог, и заранее знает судьбу сына, сам и предначертал ее. Корявость «Из уст скорбящих…» спишем на то, что так автор чувствует. Таким словосочетанием автор попытался отойти от избитого «скорбящие лица». Словосочетание «уст скорбящих», строго ограничило место скорби на лице, соответственно допускается, что глаза могли и веселиться, или щеки надуваться и так далее. Сфокусированный образ скорби на губах, рассыпал образ скорби на всем лице. Ну, это ладно!
Далее автор пытается уверить нас в том, что Иегова плачет. Батюшку любого спросите, мадам, Иегова без эмоций! Это устойчивый, и единственный образ Бога!!! И совсем уехала наша мадам в бытовуху, поселив Бога Иегову в дом, в какой дом? который разрушили и над которым Бог плачет. Простите, мадам, дом Иеговы – Царствие небесное, как вам удалось его разрушить? Или кому из людей это удалось?
А зная, что Иегова ждал возвращения своего сына – Иисуса, и тот вернулся к отцу, то простите мадам, почему же «…и потерян Сын»? Иегова не терял своего сына Иисуса. И более того не вступал в полемику с сыном. Мадам! Вы невежда!
Посмотрим с какого стихотворения «мэтр» начала свою подборку. Стихотворение называется «Маленькие трагедии». Читаем:

«Маленькие трагедии
свершаются ежечасно:
цунами, землетрясение,
Чернобыль, бои с огнем.
И потому, наверное,
Тело мое несчастно,
Что все это происходит
вокруг него, с ним и в нем».

После прочитанной строфы, я невольно захотел выпить, как минимум стакан водки. Думаю, Сундеев в периоды своего запоя высоко оценил эти строки. Понравились они и мне – если под водочку да с селедочкой, подобный экспромтик зазвенел бы. Сатирично звучит то, как автор зарифмовала личные хронические колики и гастрит в собственной утробе. В общем-то, по комплекции автора Юнко, легко можно диагностировать ее мучения, что врачи и делают, по внешнему виду человека составляя первичный диагноз. Не смешно и можно только посочувствовать мадам Юнко, но причем здесь литература? Но! Давайте прокомментируем строки, ведь они не остались застольным экспромтом, а опубликованы: Автор размышляет:

«Маленькие трагедии
свершаются ежечасно:»
и далее перечисляет эти самые, по ее мнению, маленькие трагедии: цунами, (например на Шри-Ланке, во время которого погибли около трехсот тысяч людей, а по Юнко – это маленькие трагедии) землетрясение, (вспомним Спитак в Армении – десятки тысяч погибших, в Индии – более двухсот тысяч погибших или совсем недавнее – на Гаити, – это все по Юнковски – маленькие трагедии) Чернобыль, (десятки тысяч погибших от лучевой болезни, а в первые дни сгоревших от радиации, – по Юнко – это все маленькие трагедии. Представим картину – палата с умирающими от радиоактивного облучения людьми, заходит великообразованная Юнко и складно рифмованной строкой рассказывает этим людям, что их трагедия – это «маленькие трагедии», которые «свершаются ежечасно» и сравнимы с брожением в ее собственной утробе. Какова мадам?!) бои с огнем. (вспомним клуб «Хромая лошадь» в Пермском крае, люди по сей день в больницах – по Юнко – это все маленькие трагедии)
Когда все эти перечисления автор подводит к собственным кишечным проблемам на пьяном застолье в виде экспромта, вроде, посмеялись, сплюнули через плечо и больше автора не приглашаем за стол, но наша мадам, выносит свои пошлости и цинизм в высокую поэзию!
Юнко даже не задумывается над тем, что есть трагические символы человечества с которыми так легкомысленно использовать в творчестве просто кощунственно. Напомню: Хиросима, Нагасаки, Чернобыль, Нью-йоркские башни-близнецы, Спитак, цунами в Шри-Ланке и еще многие другие трагические события. Когда человек, называющий себя поэтом вот так безнравственно пинает трагические символы человечества, я хочу спросить: чего он достоин?
Мадам! Вы безнравственны! Мадам! Вы дикарка! Мадам! Вас надо не к молодежи пускать, не в газете держать, вас надо от людей оградить!
Есть еще одна подборка, «свежих» творений Юнко, но и после первой – в пять стихотворений – надо перечитать полное собрание сочинений А.С. Пушкина, чтобы очистить мозг от этой юнковской мерзости!
Но мы вернемся к творениям Юнко, ведь их пропустил сам Сундеев!

Популярные статьи

Календарь новостей

«    Январь 2010    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31

Опрос на сайте

Друзья сайта

Moldove Photo Gallery